(no subject)
Jul. 28th, 2009 03:39 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
takcaоказывается, если в первом часу ночи понедельника выйти из кинотеатра на павелецкой, дойти пешком по садовому до ленинского, и потом весь ленинский до ломоносовского - то ни один ресторан не работает.
на ломоносовском работает кофехауз, но к этому моменту уже ни есть, ни пива не хочется. идешь трезвый, спортивный и просветленный. до дому пешком всего час времени, или 200 рублей на машине.
200 рублей жалко, поэтому пешком. мы же спортсмены, да и погода позволяет.
когда я еще увижу этот город.
дошли почти до дома, а дом у нас в чудесном районе, квартал на ленинском. это такие нехилые кирпично-монолитные башни, где площадь однушки 100 квадратов, территория здания огорожена, ворота автоматические, а охранники вооружены косым взглядом и чем еще похуже.
посередине квартала стоят три реликтовые хрущобы, одна из них мой дом и есть.
пробираемся мимо прекрасных башен, на дороге перед одной, в которой, по слухам, живут сургутские богатеи, огромная надпись краской по асфальту - "заюшка, я тебя люблю".
пОшло. когда влюбленный кирюша 20 лет назад писал перед моими окнами "маша, я тебя люблю", это было еще живенько и неизбито. купил кирюша на заработки слесаря краски, кисточку, ползал на карачках перед подъездом, малевал, надеялся, дурачок, на интимную близость...
не вышло, скажу я вам по секрету. только гитару мою спер и не вернул.
но было красиво.
сейчас же видится совершенно иная картина.
одышливый прыщавый опездал всеволод, сын нефтяного магната, посмотрел по телевизору сериал, и отметил, что герой его, слесарь кирюша, таким оригинальным способом обозначил свою любовь к медсестре маше.
красиво, подумал всеволод. дай-ка и я соседке анжелине выражу.
и вот ночью в охрану башни спускается плечистый боец в черном строгом костюме, в ухе его наушник, подмышкой кобура. открывай быстро, цедит он опешившему охраннику. охранник нажимает кнопку, автоматические ворота открываются.
пяток крепких ребят выскакивают из ворот и рассыпаются по периметру.
всеволод, продолжает уговаривать главный охранник петр, давайте мы? опасно же...
нет, упрямится всеволод, я должен сам!
всеволод выходит из ворот, в левой руке его баночка краски, в правой - кисть.
он садится на корточки на проежжей части, и, слегка высовывая язык и пришепетывая, начинает выводить - за-юш-ка... я ти-бя... петр! ти-бя или те-бя? те-бя... петр нервно сплевывает, ему неспокойно.
люб-лю! дописывает всеволод.
назад, командует петр, и оттесняет опездала к воротам, прикрывая его своим телом от возможного нападения.
ворота медленно закрываются. фигуры в черном неслышно отлипают от кустов и просачиваются сквозь решетки обратно на охраняемую территорию.
уф, сглатывает петр. теперь только лифт, и мы дома...
умиротворяюще стрекочет и пощелкивает ток по периметру ограждения.
опездал спит, пускает слюни, ему снится заюшка, она игриво сверкает алмазными брекетами сквозь тонировку папиного кайена.
молодежь.
романтика.
на ломоносовском работает кофехауз, но к этому моменту уже ни есть, ни пива не хочется. идешь трезвый, спортивный и просветленный. до дому пешком всего час времени, или 200 рублей на машине.
200 рублей жалко, поэтому пешком. мы же спортсмены, да и погода позволяет.
когда я еще увижу этот город.
дошли почти до дома, а дом у нас в чудесном районе, квартал на ленинском. это такие нехилые кирпично-монолитные башни, где площадь однушки 100 квадратов, территория здания огорожена, ворота автоматические, а охранники вооружены косым взглядом и чем еще похуже.
посередине квартала стоят три реликтовые хрущобы, одна из них мой дом и есть.
пробираемся мимо прекрасных башен, на дороге перед одной, в которой, по слухам, живут сургутские богатеи, огромная надпись краской по асфальту - "заюшка, я тебя люблю".
пОшло. когда влюбленный кирюша 20 лет назад писал перед моими окнами "маша, я тебя люблю", это было еще живенько и неизбито. купил кирюша на заработки слесаря краски, кисточку, ползал на карачках перед подъездом, малевал, надеялся, дурачок, на интимную близость...
не вышло, скажу я вам по секрету. только гитару мою спер и не вернул.
но было красиво.
сейчас же видится совершенно иная картина.
одышливый прыщавый опездал всеволод, сын нефтяного магната, посмотрел по телевизору сериал, и отметил, что герой его, слесарь кирюша, таким оригинальным способом обозначил свою любовь к медсестре маше.
красиво, подумал всеволод. дай-ка и я соседке анжелине выражу.
и вот ночью в охрану башни спускается плечистый боец в черном строгом костюме, в ухе его наушник, подмышкой кобура. открывай быстро, цедит он опешившему охраннику. охранник нажимает кнопку, автоматические ворота открываются.
пяток крепких ребят выскакивают из ворот и рассыпаются по периметру.
всеволод, продолжает уговаривать главный охранник петр, давайте мы? опасно же...
нет, упрямится всеволод, я должен сам!
всеволод выходит из ворот, в левой руке его баночка краски, в правой - кисть.
он садится на корточки на проежжей части, и, слегка высовывая язык и пришепетывая, начинает выводить - за-юш-ка... я ти-бя... петр! ти-бя или те-бя? те-бя... петр нервно сплевывает, ему неспокойно.
люб-лю! дописывает всеволод.
назад, командует петр, и оттесняет опездала к воротам, прикрывая его своим телом от возможного нападения.
ворота медленно закрываются. фигуры в черном неслышно отлипают от кустов и просачиваются сквозь решетки обратно на охраняемую территорию.
уф, сглатывает петр. теперь только лифт, и мы дома...
умиротворяюще стрекочет и пощелкивает ток по периметру ограждения.
опездал спит, пускает слюни, ему снится заюшка, она игриво сверкает алмазными брекетами сквозь тонировку папиного кайена.
молодежь.
романтика.